3d gay porn
3d anime porn
3d cartoon porn
Joomla Templates and Joomla Extensions by JoomlaVision.Com

Международный конкурс по истории России для зарубежных школьников 

Уважаемые коллеги, дорогие друзья! Приглашаем вас поддержать инициативу Международного Совета российских соотечественников (МСРС) и Русского интеллектуального центра (РИЦ) по организации и проведению Международного конкурса по истории России для зарубежных школьников.

Подробнее

Иммиграция в Аргентину растет 

Негласная статистика последних трех лет новой иммиграции в Аргентине, согласно опроса, дает интересные результаты.

Подробнее

"Moral para el siglo XXI" 

De acuerdo con medios de comunicación rusos:

Подробнее

С семидесятилетием Великой Победы! 

Уважаемые Дамы и Господа, а также просто товарищи, друзья и все добрые люди.

Подробнее

II Международный конкурс по истории России  «Великий и праведный путь к Победе»

II Международный конкурс по истории России «Великий и праведный путь к Победе» 

К участию в интеллектуальном состязании приглашаются наши молодые соотечественники - учащиеся средней и старшей школы.

Подробнее

IVОбщекадетский Съезд ОС СНКР  в Хабаровске и Владивостоке

IVОбщекадетский Съезд ОС СНКР в Хабаровске и Владивостоке 

От 3 до 11 октября 2014 года в Хабаровске и Владивостоке состоялся IV Общекадетский Съезд Открытого содружества суворовцев, нахимовцев, кадет России (ОС СНКР).

Подробнее

Россия зовет

Россия зовет 

Владимир Путин назвал пути решения задач, стоящих перед страной.

Подробнее

Pre 1 2 3 Next

В разделе не отражается позиция администрации сайта,

а лишь излагаются исторические факты и личные взгляды авторов.

Странным стал город. Не живет, а конвульсирует

Печать PDF

 

Черный туман окутал город в начале зимы года две тысячи четырнадцатого. Повис над склонами Днепра гарью покрышек, скрыл и Печерск, и Лавру, и склоны реки, стелился над сонной рекой и уходил на юг. Сквозь рваные клубы дыма то тут, то там вспыхивали огни пожарищ. А потом тьма рассеялась, и уставший от копоти и огня город начал жить новой жизнью.

Странные люди вышли из дыма на киевские улицы. Словно выдуло закопчённых, провонявших немытыми ногами селян с майдана и разбросало по всему городу. Киев, веками говоривший по-русски, переживший и советскую украинизацию, и незалэжную дерусификацию, вдруг заговорил даже не на украинском, напевном говоре полтавских степей, а на непонятной львовской гваре, смеси междометий и польских слов. Да и не только от чужаков слышна не свойственная Киеву речь… Ох, Киев-город, что же вложили в мозги твоим коренным жителям, что между собой вы говорите по-русски, а на публику требуете одного украинского языка? Зачем вы хотите, чтобы ваши дети учились только на украинском? Неужели вы не видите пропасть, в которую летите сами?

Или может просто страх заставляет киевлян предавать свою идентичность? Мало их осталось, вот и боятся. Пришли сюда новые, голодные и жадные. Из дальних сёл, темных карпатских лесов, словно стая саранчи, налетевшая на плодородное поле.

Страшен большой город селянам, кажется им чуждыми и блистательный Крещатик, и тенистые барские Липки, и далекие массивы левого берега. Но страх порождает злобу и полна злобой киевская земля. Вернулись на свою работу тетки, подносившие камни толпе, чтобы кидать их в безоружных солдат из внутренних войск, уехали на восток самые буйные парубки с оселедцами. Уехали, поняли, что там в ответ могут выстрелить, да и вернулись в Киев. Надо же как-то майдан обустраивать. Правда, и тут как-то не заладилось. Снесли майдан те, кого он привел к вершинам власти. Объявили его скопищем бомжей и алкоголиков.

И Киев, словно война шла на его улицах, наполнился людьми в камуфляже, в бронежилетах и с оружием. Только нашивки разные: "Айдар", "Билый молот" "Днепр" и еще много красивых названий. Нет у них пристанища, нет теплых палаток на Козьем болоте, как назывался встарь Крещатик, и приходится им бродить по улицам, как ходят зомби в поисках пропитания. Злыми, безумными толпами, распространяя по городу болотный дух и торфяную плесень.

Уже давно погасили подожженные дома на Крещатике, уже шустрые автокраны убрали бетонные глыбы, перегораживавшие путь свободе, а по улицам все ещё маршируют толпы молодежи. Все кричат одно и тоже: «Слава нации, москалей на ножи!»

"-А чего хотят?

-Как чего? Ректора чтобы сняли! Он не свидомый.

-А те, другие, чего хотят?

-А непонятно!"

Все хотели непонятного. Сначала хотели в Европу, потом хотели «банду гэть», потом выплыло неукраинское слово «люстрация»… Но орали всегда одно, дорогое сердцу: «Москалей на ножи». Кто такие москали, в показаниях расходились. Единственное свидетельство принадлежности к «москалям» - это когда человек не хочет скакать по приказу.

Ну и, конечно, вечные киевские разговоры:

"- Это кто? «Правый сектор»?

-Что вы такое говорите, какой мифический правый сектор?

-Так у них на рукавах написано.

-Ой, вам Путин мозги промыл!"

 

"- Валя не хоче в Боярке, она хоче трехкомнатну на Оболони.

- А им хватит?

- Так он казав, если это до зимы протянется, от и мильон будет".

 

"- Абгам Семенович, я вам так скажу, мы, укгаинцы, никогда этим гусским наш Кгым не пгостим!"

И не простили. Воду отключили, свет пригасили.

Да, что приезжие, они всегда не любили большой город. И переделали его под себя, в большую деревню, даже не деревню, а в большой хлев, где правит кабан. Но и с местными жителями какое-то чудодейство произошло. Словно сбылась вековая мечта, словно ради этого строился, жил и процветал город. И теперь обрел смысл существования – ненавидеть Россию. Самые нелепые анекдоты стали былью, самые дикие слухи – правдой, самые нелепые страхи – реальностью. Правда, только в воспаленных умах жителей города.

Чтобы уберечься от напасти пришлось прибегнуть к старым проверенным способам. Использовать обереги. Жители города нарядились в вышиванки, чем подняли китайский легпром до небес, номера на машинах стали заклеивать неприличными надписями в адрес президента России, видимо таким образом изгоняя его дух из своих голов. На каждую милицейскую машину повесили флажок – но это скорее, чтобы революционно возбужденные массы не побили. Ну и самое главное развлечение киевлян – красить. Красят все, что мало-мальски похоже на забор, красят клумбы, мусорные баки,урны, скамейки, скворечники на деревьях - красят в желто-голубые цвета. Процесс этот доведен до ритуального совершенства. Один красит, а пятеро рядом просят милостыню «на фарбу». Теперь будет проще встретить холодную зиму с двухцветными заборами.

Изменили риторику нищие. Теперь они не просят деньги на "лечение ребенка", а просят на бронежилет сыну или мужу, который воюет с колорадами и ватниками на востоке.

Сотни лет город был провинциальной столицей, потрясавшей приезжих красотой своих пейзажей, зеленью садов и архитектурой славных зодчих. Славился Киев своими учеными, инженерами, врачами. Была в Киеве и своя богема из тех, кто не смог пробиться в Москву, где и зрителей больше, и гонорары слаще. Были в Киеве и свои литераторы, никчемность свою прикрывавшие тем, что писали на местном говоре, выдавая творения за истинно народные. Да и власти местные, из народа, из глухих сел дослужившиеся до больших чинов, тихо мечтали о столичных пряниках и таили злобу на тех самых, сладко кушающих московских.

А потом, 23 года назад все стало с ног на голову. Воля! Невероятный кульбит социальных слоев выбросил наверх богему и хуторских чиновников. И пока одни оккупировали творческий олимп, другие с основательностью сельского жлоба принялись воровать. Но и те и другие были едины в одном – всяких умников надо приструнить! Зачем нам эти интылегенты, когда мы сами умнее всех! Сначала добейся! Так и выжгли каленым языком укромовы и закручиванием финансово-бюрократических гаек из страны тех, кто её создал, и кто мог бы на руинах империи создать новое государство. У дорвавшихся до корыта хватило ума только на то, чтобы пилить (на металлолом) и продавать за границу.

Но напасть, как всегда, не приходит одна. Давно, ещё в сытые времена Брежнева, поползла в Киев чума с запада. Медленно, но с неотвратимостью наступающей ночи, в город съезжались фашисты. Сначала тихонько. Выскочит какой-нибудь обмылок на улицу, прокричит «Слава Бандере!» и в кусты. Покричат студенты «москалей на ножи» и сразу десяток идеологов объяснит, что москали – это совсем не русские, а просто солдаты. Вроде как молодежь имела в виду «за мир». Назовут улицу именем «Мазепы» и тот час же отменят. А потом опять назовут. Доску памятную повесят на Оперном театре, в честь какого-то Орлика. И мало кто поймет, что это тот самый полицай Орлик, что вел колонны киевлян в Бабий Яр.

Так тышком-нышком в Киеве открывалось окно Овертона. Пока этой весной не распахнулось так, что вонью заполнило весь мир. Уже славные депутаты Рады, не скрываясь, требуют сравнять Москву с землей. Уже не единицы, а тысячи скандируют нацистские слоганы, открыто носят свастики и СС-овские руны на одежде и просто исходят восторгом оттого, что у них есть враг. Очень, очень не хватало им врага для осознания собственной значимости и величия. Видимо, гордятся тем, что этот враг - Россия. Казалось, вот-вот исполнится вековая мечта украинствующих: "Сгынуть наши вороженьки и тогда мы запануем". И что приятно, за врагом далеко ходить не надо – он повсюду: на соседней улице, через стенку в квартире, в магазине на прилавке. «Не покупай российское» исписаны стены домов в Киеве. Видимо, речь о газе идет.

Особым образом изменились объявления, которые жители и ЖЕКи вешают у подъездов:

"Почините домофон, идет война, российские снайперы могут пробраться на крышу"

«Запишите себе адреса бомбоубежищ на случай войны!»

Интернет форумы вообще пестрят даже не сообщениями, а просто диагнозами, все готовятся к войне в Киеве:

(с форума)

«Как только Россия отведет войска от Киева, пора вывозить детей из Киева. потому как реальная война закончится и начнётся диверсионная. Киев танками брать не будут и нет смысла. Эффективнее работа многочисленных, но небольших диверсионных групп. Собстно люди уже давно в Киеве и ждут часа Х. Потому стоит внимательно смотреть кто рядом с вами, соседи, новые лица, подозрительные вещи на улице и т.п.».

А пока новое поколение киевлян работает на фронте визуальной пропаганды, город умирает. Чахнет за забором Мариинский дворец, творение великого Растрелли, превращаясь в руины, рушатся рядом обзорные площадки. Пугает чернотой оконных провалов, просвечивающих сквозь полотнище "Украина едына", которым он был стыдливо занавешен, сожжённый Дом Профсоюзов. Под видом реконструкции разрушен ЦУМ, Институтская улица превратилась в кладбищенский мемориал. Но зато растут целые бидонвили ларьков и самоходных кебабных. А рядом сверкают убранством рестораны, где подают отбивную ценой в среднюю киевскую зарплату. И ларьки, и рестораны полны посетителей. Каждый своего добился. И почуяв, что власти нет, водители перестали пропускать пешеходов на переходах и стали парковаться так, как не смели ещё год назад. Свобода! Прямо как в лесу. Но какая-то она странная свобода.

Странным стал город, очень странным. Не живет, а конвульсирует. И не разговаривают в нем люди, а яростно спорят. Впрочем, нет, уже не спорят. Мнение, отличное от официального, приравнено к предательству и карается тюрьмой. Даже методичку по отлову сепаратистов выпустили: кто ленточку надел георгиевскую – сепаратист, кто говорит, что раньше было лучше – сепаратист, кто говорит, что русские – братья, самый страшный сепаратист.

А где-то далеко на востоке идет война. Киев видит её только по телевизору и слышит только по радио. Ох, Киев, попомни, предательство не проходит зря. Предал ты и себя, своих жителей, свою память и свои победы. И зажигая спички и бросая их в окно, будь готов, что пламя полыхнет и у тебя под ногами.

Ефим Ветров

 

Подробнее: http://politconservatism.ru/experiences/strannym-stal-gorod-ne-zhivet-a-konvulsiruet/